05 сентября 2005
Журнал "Профиль. Украина" № 35 (102) сентябрь 2005
Кодекс административного судопроизводства вступает в силу, как известно, с первого сентября 2005 года. Одновременно с ним вступает в силу Гражданско-процессуальный кодекс.
Символическая дата.
Первого сентября юридическая общественность начнет обучение совершенно новому порядку судопроизводства для споров, вытекающих из гражданско-правовых и публично-правовых отношений.
Мы все будем учиться. Однако общественные процессы не прекращаются на период обучения. Они будут продолжать требовать регулирования, в связи с чем обучение будет неразрывно связано с практикой.
После ознакомления с Кодексом административного судопроизводства сразу отмечаешь схожесть некоторых норм регулирующих порядок предъявления исков, апелляционного, кассационного обжалования и др. с нормами, изложенными в Гражданско-процессуальном кодексе. Унификация процессуальных норм имеет неоспоримое преимущество, так как облегчает жизнь судьям, юристам и дает возможность избежать ошибок, которые всегда встречаются при применении процессуальных законов, а еще в таком количестве как на Украине.
Кодекс административного судопроизводства, безусловно, будет настольной книгой для многих. В сферу применения этого Кодекса вошли наряду со спорами, касающимися избирательного процесса, споры с налоговыми органами и органами государственной власти1. В Кодексе они именуются субъекты властных полномочий.
На этом хотелось бы остановиться подробнее, так как Кодекс содержит без преувеличения революционное нововведение, которое по значимости, на мой взгляд, стоит на первом месте по сравнению со всеми последними изменениями действующего законодательства.
Согласно п.2 ст.71 Кодекса, в административных делах о противоправности решений, действий или бездеятельности субъекта властных полномочий обязанность доказывания правомерности своего решения, действия или бездеятельности возлагается на ответчика, если он возражает против административного иска.
ными словами, в отличие от ст.33 Хозяйственно-процессуального кодекса 1991 г. и ст. 30 Гражданско-процессуального кодекса 1963 г., в соответствии с которыми каждая сторона должна довести суду те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, содержание п.2 ст.71 Кодекса административного судопроизводства дает основание утверждать, что теперь в административном процессе будет действовать принцип виновности государственных органов - субъектов властных полномочий.
Это целиком меняет принцип отправления правосудия.
«Полезность» и «жизненная» необходимость существования данной нормы налицо. И за примерами далеко ходить не надо. На практике нередки случаи, когда центральный орган исполнительной власти, особенно в последнее время, издает акт индивидуального действия (Распоряжение), в котором одним росчерком пера отменяется, например согласие на продажу земельного участка нерезиденту. При этом никто не удосуживается объяснить в связи с чем и на основании чего издается данный акт. При действии старых процессуальных кодексов, лицо которое считало, что в связи с изданием данного акта его права нарушены, само должно было доказывать его незаконность. Что на практике довольно сложно, так как никаких документов и пояснений истцам добыть не удается и остается единственная возможность в период судебного разбирательства истребовать необходимые документы или пояснения. И только после получения, если задуманное удается осуществить, доказательств, возможно «укреплять» свои позиции в судебном процессе. Не всегда это выходит.
Существование данной нормы будет очень полезно при спорах с контролирующими органами. Теперь бремя доказывания переходит в другой лагерь.
Рассмотрим ситуацию, когда на предприятия возлагается ответственность налоговыми органами за неуплату налога на добавленную стоимость нерадивым контрагентом, а проще говоря, фиктивной фирмой. Ко всему прочему вспомним крайне неоднозначно воспринятое юридической общественностью Постановление Верховного суда Украины от 19.04.2005 г. по делу № 33/509, согласно которому следует, что предприятие должно само заботиться о надежности своего контрагента, в противном случае, сумма налога не будет возмещена предприятию, как того требует Закон Украины «О налоге на добавленную стоимость».
После анализа норм Кодекса административного судопроизводства, прихожу к мнению, что при применении норм статьи 71 Кодекса, даже при условии существования вышеуказанного Постановления Верховного суда Украины, налоговые органы все реже будут выигрывать в подобных спорах. У предприятия обратившего в хозяйственный суд с иском не существует никаких возможностей доказать что предприятие-контрагент, не является недобросовестным плательщиком налогов. Исковые требования строятся исключительно на предположениях. После вступления в силу Кодекса административного судопроизводства, налоговый орган, выступающий ответчиком, теперь уже в административном споре, обязан будет предоставить исчерпывающие сведения, на основании которых он сделал вывод о фиктивности контрагента.
Неоспоримым плюсом данного Кодекса является не только провозглашение открытости процесса, но и четкое, скрупулезное установление порядка получения необходимой информации в статье 12 Кодекса.
Пункт 1 данной статьи определил, что право на получение в административном суде как устной, так и письменной информации относительно результатов рассмотрения дела имеют право не только лица, которые принимают участие в деле, но и лица, которые не принимали участия в деле, в случае, когда суд в данном административном споре затрагивает вопрос об их правах, свободах, интересах или обязанностях.
На практике, до вступления в силу Кодекса административного судопроизводства, узнать о деле, или ознакомиться с его материалами, не будучи стороной, в этом деле, было невозможно, так как не было предусмотрено ни Гражданско-процессуальным кодексом 1963 г., ни Хозяйственно-процессуальным кодеком 1991 г.. Этим пользовались заинтересованные лица, когда без лишнего шума организовывали судебный процесс по обжалованию акта государственного органа и получали решение суда, без участия лиц, интересы которых затрагивались обжалуемым актом.
Очень интересной и полезной в противостоянии с государственными органами является норма, содержащаяся в пункте 3 ст. 171 Кодекса «Особенности производства в делах по обжалованию нормативно-правовых актов». В соответствии с ней, в случае открытия производства в административном деле относительно обжалования нормативно-правового акта, суд обязывает ответчика опубликовать объявление об этом в издании, в котором этот акт был или должен был быть официально обнародован. Резолютивная часть постановления суда по делу подлежит обнародованию в этом же печатном органе массовой информации.
Вообще хочется отметить, что возможности предпринимать, как выразился мой коллега, «юридические диверсии», использую содержание ст. 248 4 Гражданско-процессуального кодекса 1963 года, в Кодексе административного судопроизводства, уже не существует.
В отличие от Гражданско-процессуального кодекса 1963 года, где подача жалобы в суд приостанавливало действие обжалуемого акта государственного органа, Кодекс административного судопроизводства в п.3 статьи 117 недвусмысленно устанавливает правило, что предъявление административного иска, а также открытие производства в административном деле не приостанавливает действие подлежащего обжалованию решения субъекта властных полномочий.
На мой взгляд, законодатель совершенно правильно рассудил, что от автоматического приостановления действия акта государственного органа больше вреда, чем пользы. Мне вспоминается случай, как обжалование нормативно-правового акта Министерства здравоохранения Украины в порядке главы 31 а Гражданско-процессуального кодекса 1963 года, чуть было не привело к невозможности проведения закупок инсулинов и своевременной поставке больным.
Хотелось бы затронуть вопрос о процессуальных сроках предусмотренных настоящим Кодексом. Срок на обращение в административный суд с иском согласно п.2 ст.99 Кодекса установлен в один год. Однако имеется интересная норма, изложенная в п.1 ст.100 Кодекса, согласно которой пропущенный срок обращения в административный суд является основанием для отказа в принятии иска, при условии, если это требует одна из сторон. Ни один из действовавших процессуальных Кодексов не предусматривал такую возможность.
Общий срок рассмотрения споров предусмотрен не более чем два месяца. Однако и тут не обошлось без новых процессуальных норм ранее не применявшихся. Согласно п.3 ст.110 Кодекса при обоснованном ходатайстве истца, судья принимает меры относительно безотлагательного рассмотрения и решения дела. То есть, предусмотрен сокращенный срок рассмотрения, который, тем не менее, не определен четким временным промежутком. Вызов лиц, которые принимают участие в деле, осуществляются с помощью курьера, телефона, факса, электронной почты или другого технического средства, а также путем опубликования в печатных средствах массовой информации.
Кодекс не установил исчерпывающий перечень категории дел, которые рассматриваются в сокращенный срок, что на мой взгляд даст возможность более эффективно защищать свои права в административном суде.
Поражает и в то же время пугает требования, которые предъявляются к залам судебных заседаний. Согласно п.7 ст.12 Кодекса официальной записью судебного заседания является только техническая запись. Пункт 6 этой статьи, а также 41 Кодекса устанавливает, что осуществляется полная фиксация судебного процесса. Процессуальные действия, осуществленные вне судебного зала оформляются протоколом.
Иными словами, если в каждом суде общей юрисдикции, хозяйственном суде, которые будут выполнять роль административных судов первой инстанции не будет обеспечено фиксирование процесса согласно Кодекса, а это в настоящий момент практически невозможно, то и на всем административном судопроизводстве можно ставить крест.
Мною выделены лишь основные и может не все, отличительные характеристики Кодекса административного судопроизводства по сравнению с иными процессуальными законами, которыми вооружившись, бизнес пытался поставить на одну ступень с ним государство.
Кодекс административного судопроизводства должен изменить сам принцип отправления правосудия с участием государственных органов. Кодекс содержит нормы, которые можно назвать «ежовыми рукавицами» для субъектов властных полномочий и эти нормы, при их грамотном применении, помогут заставить рассматривать административные суды как серьезный аргумент на пути к установлению партнерский отношений между субъектами хозяйствования и государственными органами. Так как партнерство подразумевает равенство.
